Зачем городу память или как восстанавливали Дрезден

Всё снести и построить новый город-сад с чистого листа – как же часто я слышу такие предложения. Старый дом 19 или 20 века мешает прокладке дороги или строительству бизнес центра? Всё просто: «вы же понимаете, город должен развиваться» и бульдозеры идут в атаку. Каждый месяц города по всей стране теряют историческую застройку и примерно каждую неделю какую-нибудь деталь. За всем этим процессом мы теряем сами себя.

В процессе быстрой урбанизации важно не потерять лицо и идентичность. Сегодня мы в лучшем случае сохраняем парадное наследие в виде храмов или дворцов, но игнорируем утилитарное наследие промышленности, авангарда или послевоенный модернизм. Даже сносимый дом 1950 или 1970 годов лишает горожан границ памяти – теряется наследственная нить культурной традиции. Ведь одно дело рассуждать в голове о прошлом, а совсем другое смотреть и трогать это прошлое.

Пока мы лишь подходим к пониманию утраченной среды и кусков истории из-за варварских сносов или следов войны. Поляки же, например, после Второй мировой стали восстанавливать свою историю для воссоздания своей идентичности. Дрезден же уникален тем, что его восстановление уникальных объектов и среды началось уже после объединения Германии. На это ушли десятилетия, но сегодня город вновь имеет своё лицо и место на карте человеческой цивилизации.

Война и ГДР

В феврале 1945 англо-американская авиация подвергла массированной бомбардировке Дрезден. Крупный культурный центр, бывшая столицу курфюршества Саксония, «Флоренция на Эльбе» – всё это превратилось в груду руин. Было:

Стало:

церковь Фрауэнкирхе

Состояние Дрезденского замка мало чем отличалось от состояния Королевского замка Кёнигсберга в первые послевоенные годы. Но Дрезденский вовремя законсервировали и не дали растащить на кирпич, тем более не стали взрывать остатки.

Во время расчистки завалов были сохранены и вывезены за город на сохранение остатки старого Дрездена. Центр города в 1957:

Новое строительство было, но сам центр оставляли по большей части пустым. Власти ГДР не были противниками восстановления исторических достопримечательностей, некоторые жемчужины Дрездена они очень даже неплохо восстановили: дворцовый ансамбль Цвингер и Оперу, например. Однако дальнейшие работы по возрождению Старого города не входили в их ближайшие планы.

Год 1990:

Единая Германия и восстановление

В 1989 году жители решили, что они хотят вернуть саксонской столице былую красоту и величие любой ценой. Их не волновал новодел, бедственное экономическое положение восточной Германии после воссоединения, что предстоит заново отстроить давно не существующий Старый город и другие вопросы.

Вряд ли они тогда даже думали, что вложенные затраты потом окупятся потоком туристов. Они просто хотели вернуть свой город во всей его красе и гордиться им. Для них это была такая же важнейшая духовная задача, как для поляков восстановление Варшавы после войны.

Восстановление замка началось в начале 90-х, а закончилось лишь в 2013 – только на один объект в Старом городе ушло более 20 лет!

Тут как раз пригодились оригинальные детали утраченного города – немцы распознали положение старых кирпичей и вставили их в былые места. Пустоту заполнили новым материалом светлого оттенка. В итоге удалось сохранить историческую ценность и вставить память о войне на долгие столетия:

Деньги на восстановления собирали всенародно, а символом кампании стало воссоздание Фрауэнкирхи

Восстановление церкви было завершено в 2005 г. Сразу после этого началось воссоздание целых кварталов окружающей исторической застройки. Для этого даже сносили оказавшиеся на пути ГДРовские дома.

Восстановление Замка-резиденции и Фрауэнкирхе было скрупулёзной работой с соблюдением максимальной исторической достоверности. Фоновую же застройку изначально планировали стилизованным под старину новоделом без попыток создать иллюзию старины и аутентичности.

Почти все дома спроектированы по старым фотографиям и картинам, но они умышленно имеют современный вид. В результате воссозданная застройка создаёт необходимый фон для подлинных исторических памятников и уютную атмосферу старого города, но не вводит в заблуждение относительно своей подлинности. Это лишь эмуляция безвозвратно утраченного.

Процесс продолжается до сих пор:

Многие пустыри временно отданы под парковку, но их время тоже придёт:

Выбитые зубы восстанавливают не только в центре, но и ближе к окраинам:

Местами застройка эпохи ГДР имитирует старую застройку по своим параметрам. Панельки вставлены по красным линиям и высоте предшествующей застройки. То есть об облике и среде думали уже тогда.

Что сохранять, а что нет

Сохранение наследия – довольно поздний концепт, который появился в эпоху Просвещения. Если в самом начале признавалась ценность античных памятников возрастом 2000 лет, то постепенно этот порог уменьшался. Сегодня граница памяти места подошла к 20 годам. Если раньше дома переживали нас и лишь потом становились ценными, то сегодня наследие начинает нас обгонять.

Наследие бывает разное, но даже здания вокзалов наравне с монастырями рассказывают нам об образе жизни поколений до нас. Здания, которые пережили своих создателей, говорят о предпочтениях, уровне мастерства и качестве жизни наших родителей, дедов и прабабушек. Что самое важное, это невосполнимый ресурс.

Развитие городов может осуществляться за счёт переосмысления старого фонда или точечными решениями. Многие выделяют, что понятия богатства города и архитектурного наследия напрямую связаны. Люди любят старину и это монетизируется – экономика наследия доказывает, что каждый вложенный евро в поддержание исторических зданий приносит 10 евро дохода для общества (гуглить пруф в Дирекции культурного наследия Норвегии).

Снос каждого исторического здания не только уничтожает вложенный труд предков в постройку дома, но и вредит общей экологии. Например, остатки гостиницы Россия занимают около 11 км² в Подмосковье. Поэтому сегодня в мире применяется принцип Save & Reuse – сохрани и используй по-новому. Редевелопмент лучше сноса и постройки с нуля.

Снести тот или иной дом может показаться быстрым и выгодным решением здесь и сейчас, но это всегда должен быть взвешенный и обдуманный со всех точек зрения шаг. После работы бульдозера останется только плакать на старые фотографии. Не зря европейцы сегодня определяют уровень цивилизации по отношению к своему наследию – это формирует среду вокруг и нас самих (Civillizing influence of continuity). Лишая себя прошлого, мы не имеем будущего.

PS для поста использовал материал Послевоенный Дрезден: возрождение из руин

Поделиться записью:

добавить меня в друзья

А ещё можно подписаться в...